На днях на телеэкраны вышел фильма Павла Лунгина «Братство» (в широком прокате он провалился). Фильм был воспринят ветеранами афганской войны, как оскорбление всех, кто там воевал.

Сам режиссер поясняет, что фильм «про то, что даже в этих чудовищных испытаниях можно остаться человеком, сохранив дружбу, верность, чистоту и стыд». Парадокс в том, что за этими красивыми и, в общем, бесспорными словами о войне, скрывается совсем другая история. Кто кому в итоге брат, остается не понятно. 

Про прилет инопланетян

Фильм начинается с небылиц. В зону боевых действий без сопровождения прибывает зональный руководитель КГБ СССР полковник «Дмитрич», чтобы разрулить ситуацию с фактом грабежа советскими воинами граждан Афганистана. Во-первых, у КГБ иные задачи и сотрудники КГБ для таких расследований не привлекались никогда. Тем более – начальники зонального уровня.

То есть ситуация изначально притянута за уши. И не потому, что советские солдаты никогда не грабили афганцев. Бывало. Но с ними разбирались по полной, если офицеры ловили. А тут получается, что командир роты не может справиться с обнаглевшим дембелем и зовет на помощь главного начальника КГБ! Но абсурд развивается дальше.

И не потому, что военные появляются в торговых рядах, где, реализуя награбленные деньги, кидают местного торговца, что в принципе маловероятно. И не потому, что потом начинается драка между солдатом и офицером. А потому, что это все происходит абсолютно безнаказанно. Военная прокуратура, даже на выводе войск, работала как часы. А все это – чистая уголовка. В торговых рядах дежурил комендантский патруль, поэтому не то что солдат, даже офицер там появиться безнаказанно не мог. Если выезжали в дуканы (так в Афганистане называют мелкие лавки), то только переодевшись в гражданку.

Тем не менее на экране у Лунгина это в порядке вещей, поскольку армия показывается, как банда анархистов. Дальнейшие события крутятся вокруг поиска сбитого летчика – сына комдива, и попыткой договориться с неким «инженером Хашимом» о беспрепятственном выходе дивизии через перевал Саланг. Лунгин поясняет сюжет: «Очень много маленьких историй, они реальны, я их просто соединил в одну единую. Мне кажется, что это такой реалистичный фильм; это смесь бессмыслицы, страха и дружбы  это и есть война».

Фильм «Братство» настоящие «афганцы» презирают

И говорит, что создатели фильма опирались на дневники Н.Д. Ковалева (прототипа полковника «Дмитрича») и работали в архивах. Но, как уже сказано выше, «Дмитрич» ничего из описанного видеть просто не мог. Это не его уровень. А в архивах ничего из показанного в фильме просто не фиксируется. Только прокуратурой.

Кто есть кто?

Однако что же снял Лунгин? Я думал-думал и в итоге понял, что речь идет не о 108-й мотострелковой дивизии, которая еще в сентябре 1988 года беспрепятственно покинула Афганистан, а о всей 40-й общевойсковой армии (ОА).

Интрига же с «инженером Хашимом» – это переговоры командования армии с Ахмад Шахом Масудом о беспрепятственном пропуске частей армии через его зону ответственности. «Хашим» списан с Ахмад Шаха – как и в кино, у него верным телохранителем был бывший советский солдат, принявший ислам.

А комдив – это командарм Борис Громов, у которого в Союзе был сын – этот факт обыгрывается в фильме. Только у Лунгина это – сбитый летчик. А афганец в каракулевом «пирожке», который требует не договариваться с «Хашимом», а ударить по нему – это не кто иной, как президент Афганистана Наджибулла. Вот только переговоры вели и контактировали с Масудом органы военной разведки, а не КГБ. Кому интересно, могут подробно прочитать.

А дело было так

Наша военная разведка уже давно пыталась контактировать с Ахмад Шахом Масудом, которого называли «Панджшерским львом». Это был реальный патриот и воин, национальный герой афганской оппозиции, человек слова и чести. Наши партийные руководители предлагали ему, после вывода войск, пост министра обороны в правительстве Наджибуллы. Но это от абсолютного непонимания ситуации и местных особенностей.   

Наджибулла был пуштун, а Масуд – таджик. Это как азербайджанец и армянин. Поэтому Наджибулла был категорически против переговоров с ним и всячески мешал. Работа офицеров военной разведки позволила подготовить переговоры с участием первого заместителя министра обороны СССР генерала армии Варенникова и посла СССР в Афганистане Воронцова. При этом ни один, ни другой не согласовывали свои действия с Москвой, действуя на свой страх и риск. В ходе переговоров вероятность захвата в плен обоих высоких руководителей СССР была очень велика. Тем не менее они рискнули и приняли решение о встрече. Ахмад Шах запросил вопросы переговоров. Ему их передали с подписями Воронцова и Варенникова, заверенными печатью Советского посольства. Местом выбрали разрушенный кишлак Рубоб на входе в Панджшер.

Но перед встречей они рассказали Наджибулле о времени и месте встречи. Тот изобразил спокойствие и пожелал удачи. И – организовал авианалет на дом, где должны были встретиться Ахмад Шах Масуд и представители СССР. Ахмад Шах был в ярости. После этого еще дважды переговоры были сорваны таким же образом, только работала уже артиллерия. Больше Наджибуллу в тайны не посвящали. В итоге договориться удалось, и Ахмад Шах согласился беспрепятственно пропустить наши войска. Однако (не без участия Наджибуллы) об этих переговорах стало известно Москве. Вот тут и началась работа реального «Дмитрича».  

«Люди Крючкова и лично сам глава разведки приступили к расследованию: кто из офицеров ГРУ имел несчастье контактировать с Масудом, вступать в сепаратные переговоры за спиной нашего союзника, доктора Наджибуллы?»

Москва потребовала нанести массированный удар по позициям Ахмад Шаха. Громов и Варенников были против, но сделать ничего не могли. Приказ пришлось выполнить. «Массированный удар, нанесенный 24 января 1989 года по районам, контролируемым отрядами Масуда, привел к значительным жертвам среди мирного населения. «Панджшерский лев» в своем письме на имя Ю. Воронцова отмечал: «Жестокие и позорные действия, которые ваши люди осуществили… в последние дни своего пребывания в этой стране, уничтожили весь недавно проявившийся оптимизм». Вот, действительно, сюжет, достойный фильма!

Какой памятник воздвиг Лунгин?

В фильме Лунгина приказ о нанесении удара по позициям «Хашима» отдает комдив, из мести за сына, застреленного афганским пацаном при попытке бегства. Что называется, почувствуйте разницу. Как и разницу в том, что в заложники к «Хашиму» идут не посол СССР и первый замминистра обороны, а всего-то переводчик «Дмитрича» и лейтенант «Грек». Но подлый комдив все же наносит удар и по «Хашиму», и по заложникам.

Все, что там показано для иллюстрации событий вокруг переговоров с «Хашимом», не воспоминания участников, а набор баек и сплетен тех, кто живого «духа» в глаза не видел. В представлении Лунгиных воины 40-й ОА – уголовный сброд, который только и думает, как награбить, нахапать и вывезти в Союз побольше добра. О каком непарадном героизме речь? Там нет никакого! Об этом говорит ротный в сюжете со штурмом кишлака, когда пулеметчик моджахедов прижимает всех к земле. Ротный сетует оператору (их никогда не было на боевых заданиях), что «не получается снять про героизм. Его нет»…

И тут дембель по прозвищу Ларёк, мечтающий увезти домой в качестве трофея афганский нож, вскакивает под огнем, перебегает к убитому духу и, схватив вожделенный сувенир, возвращается… То есть у Лунгина советские бойцы могут рисковать в бою только ради наживы.

Сцена с выходом в Союз – просто нелепая пьянка, лейтмотив которой – песня «Мама-анархия». Часы от министра обороны ротный просто забрасывает жменями в кузов солдатам. Никакого официального вручения! Это, мягко говоря, неправда – везде встреча советских воинов на Родине проходила торжественно и организованно. А на мосту, где его встречал сын, Громов произнес: «Я хочу сказать еще о том, что нашим солдатам, которые прошли эти девять лет, надо ставить памятники. Наверное, так».

Зачем?

С какой целью так все извратил Лунгин? Он сам отвечает, обращаясь к министру обороны, назвавшему этот сценарий ошибкой: «С молодежью надо говорить тем языком, которым я умею говорить, а не вы! Хватит хотеть, чтобы вас хвалили. Хватит хотеть, чтобы вас облизывали. Не надо, чтобы молодежь была, как вы. Пусть она будет другая».

Другая? Какая? Такая, как Моргенштерн и Милохин? Почему бы молодежи не брать пример с тех, кто честно воевал в ДРА? Ведь недавнее бегство американцев из Афганистана наглядно показало, насколько 40-я армия была сильнее и организованнее! Она ушла из Афганистана, но она ушла с развернутыми знаменами! Беда в том, что до настоящего времени о войне, которая сильно повлияла на дальнейшую историю страны, не снято ни одного правдивого фильма.

Я вовсе не призываю нас «облизывать», как выразился Лунгин. На той войне вскрылось много грязи и негатива. И откровенных преступлений. Но в разы больше было честного служения Родине и настоящего героизма. Вот об этом я призываю деятелей кино снимать фильмы. Если фильмы подобные «Братству» показывать современной молодежи, которая книг не читает и не интересуется отечественной историей, в ее сознании надолго, а, может, и навсегда, засядет искаженный и не заслуживающий уважения образ – и нашей истории, и нашей армии, и нашего народа.