О грядущем продовольственном кризисе в мире заговорили громко и всерьез. Руководитель Всемирной продовольственной программы (ВПП) Дэвид Бизли на слушаниях в ООН 6 июня призвал незамедлительно решить вопрос с поставками украинского зерна. По данным ВПП, голод грозит почти 300 миллионам человек во всем мире, десятки миллионов могут погибнуть. Самая сложная ситуация может сложиться в Черной Африке южнее Сахары, проблемы грозят также Ближнему Востоку, Центральной Азии и беднейшим странам Латинской Америки.

При этом Бизли заявил о том, что именно 20 млн тонн зерна с Украины – ключ к предотвращению гуманитарной катастрофы планетарного масштаба. Такая сфокусированность на украинском зерне – безусловно, дань текущей политической моде на Западе, где Россия является началом и концом всех мировых бед. Украина – действительно крупный экспортер зерна, но ее доля в общем производстве, конечно, не играет решающего значения с точки зрения мировой продовольственной безопасности.

В обычной ситуации даже немалый объем в 20 млн тонн зерна мог быть легко компенсирован за счет перераспределения продовольственных потоков. Но сейчас перед человечеством предстает картина идеального шторма: схождение в одной точке военного конфликта на Украине, плохого урожая в ряде крупных продовольственных доноров и небывалых санкций в отношении крупной мировой державы, поставляющей на рынок не только продовольствие, но и необходимые для его производства удобрения.

В моменте проблемой является не столько физический дефицит продовольствия, сколько снижение его доступности для населения беднейших стран. Биржевые цены на основные сельхозкультуры бьют рекорды. Казалось бы – поставляй и зарабатывай. Однако же страны-экспортеры вводят ограничения на внешние поставки, опасаясь закупок впрок странами «золотого миллиарда» в ущерб собственной продовольственной безопасности. Делает это не только Россия, но также Индия, Казахстан и, например, Турция, ограничившая экспорт овощей. Основной мотив введенных ограничений отнюдь не угроза дефицита – эти страны способны прокормить себя – но борьба с продовольственной инфляцией.

Ограничения экспорта одной страной сказывается эффектом домино на других рынках, провоцируя «продовольственный эгоизм». Разблокирование украинского зерна, если о таковом договорятся, сродни однократному приему лекарства, которое облегчит страдания, но не вылечит больного. И в этом смысле заявление руководителя Всемирной продовольственной программы, мягко говоря, преувеличение. Настоящей проблемой является не распределение уже собранного Украиной урожая, а будущее урожая по всему миру. Не зря генеральный секретарь ООН Антониу Гуттериш с мая все более настойчиво говорит о необходимости решить проблему поставок минеральных удобрения из России и с Украины – а это куда более системно значимая проблема, чем судьба зерна на украинских складах.

Геополитические игры привели к угрозе голода

Тем временем ЕС в рамках шестого пакета санкций нанес новый удар по поставкам удобрений. Были ужесточены санкции против крупнейшего поставщика калийных удобрений в мире – компании «Беларуськалий» и ее торгового дома. Персональные санкции были введены и против собственников российских производителей удобрений. Так, после введения санкций в отношении супруги экс-владельца «Еврохима» Андрея Мельниченко, которой тот передал акции компании, под вопросом оказались поставки удобрений в ЕС. А вот свободная от коллективных обязательств ЕС Швейцария, наоборот, сняла все санкции с «Еврохима» еще в конце мая. Ранее введенные санкции против России разрушают логистику поставок (запрет на заходы в порты судов под флагом РФ), ограничивают закупку семян, сельхозтехники и необходимых комплектующих. Не говоря о том, что рекордный рост цен на нефть спровоцировал резкое подорожание горюче-смазочных материалов, закладываемое в конечные цены на продовольствие.

В совокупности перечисленные факторы могут спровоцировать проблемы будущих урожаев, кратно превышающие по своей значимости выпавшее из оборота украинское зерно. И вот это станет, если уже не стало, настоящей предтечей гуманитарной катастрофы планетарного масштаба.

Что же касается экспорта украинских зерновых, то здесь в жесткий клинч вошли цели и средства. Евросоюз настаивает на разблокировании экспорта, но делать это хочет на собственных условиях. Так, 7 июня канцлер Германии Олаф Шольц заявил об отказе снимать санкции с Белоруссии в обмен на транзит украинского зерна через ее территорию. О неготовности рассматривать такую возможность заявил и президент Украины Владимир Зеленский, который ранее также раскритиковал попытки Москвы и Анкары разработать план по вывозу украинского зерна через черноморские порты. Бескомпромиссная позиция ЕС выглядит тем более самоубийственно на фоне, например, планов США частично снять санкции с Венесуэлы и переговорах о снятии санкций с Ираном – все ради того, чтобы дать рынку дополнительные объемы нефти.

Если высокие цены на топливо в США вносят весомый вклад в разгон инфляции, то масштабирование продовольственного кризиса грозит ЕС небывалой волной миграции из Северной Африки и Ближнего Востока, могущая по своим масштабам превысить миграционную волну, поднятую «арабской весной», сирийским, ливийским, афганским и коронавирусным кризисом, вместе взятыми. И в этом смысле логика противостояния основных геополитических игроков утрачивает остатки какой-либо рациональности.