Новый состав Госдумы несет в себе многие черты, свойственные первым русским думам, избранным в начале ХХ века. Как и тогда, состав парламента отражает противоречивый запрос народа и на реформы, и на консервативные ценности. Сможет ли новая Госдума соблюсти важнейший для российских граждан баланс и что ей для этого необходимо?

Ни одна российская Дума не была идеальной, но они всегда демонстрировали срез всего общества, играя представительскую функцию. Об этом заявил глава Центра политических технологий Борис Макаренко, выступая на круглом столе «Повестка думы. Баланс консервативной и прогрессивной повестки в прошлом и будущем», организованного в редакции газеты ВЗГЛЯД.

По словам эксперта, еще в 90-е годы он со своими коллегами проводил социологические опросы среди депутатов первых трех созывов парламента. «Поскольку Госдума – срез общества, а общество было у нас не реформаторское, а консервативное и инертное, то и Думы получались такими же. Хотя, конечно, в каждой из них были реформаторские фракции», – отметил Макаренко. 

Что касается сегодняшней России и Госдумы, то главным инициатором в проведении реформ остается власть. Однако здесь возникает риск нарушения традиционного для российского общества баланса между консерватизмом и реформами. Чем можно ограничить подобные риски?

«Мы с моим коллегой, политологом Глебом Кузнецовым спорили по этому поводу. Я показал Глебу свою схему того, насколько силен патернализм российского электората. Глеб совершенно резонно возразил: в условиях кризиса, падения доходов, стагнации экономики сейчас все стали патерналистами. К сожалению, в этом очень много правды. Сейчас и для власти, и для депутатского корпуса мощнейший ограничитель – это пассивно-депрессивное состояние электората, который думает больше о выживании, о том, чтобы не стало хуже, нежели о движении вперед», – посетовал Макаренко.

Впрочем, есть и обнадеживающие тенденции, оговорился Макаренко, призвав обратить внимание на партию «Новые люди», которой удалось пройти в Госдуму восьмого созыва. «Они погоды не сделают. Но если они хотя бы внесут мелодию новизны, необходимости обновления, это уже будет важно. Слишком уж долго не звучала эта мелодия в здании на Охотном ряду», – сказал политолог.

При этом ранее в истории российского парламентаризма, особенно в начале ХХ века, думские политические силы нередко уходили в «эмпиреи», выступали с абстрактных философских позиций прогресса или консерватизма, и это им мешало выполнять главную функцию – представительство своего избирателя, посетовал руководитель Экспертного совета Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ) Глеб Кузнецов.

Зато сейчас в обновленной Госдуме представлены все до единой электоральные группы российского общества, уверен он. Также Кузнецов подчеркнул, что благодаря развитию IT-технологий

сегодня власти могут узнавать о запросах общества и с помощью искусственного интеллекта, но без парламентского представительства построить сильное государство не получится.

«Понятие представительной демократии подразумевает, что партия обязана преследовать в парламенте интересы своего электората, своего класса. Это же прекрасно, когда каждая партия преследует в парламенте свои «классовые» интересы, обсуждая их при этом с представителями других классов. В этом и есть смысл парламентаризма, – напомнил Кузнецов. – Да здравствует классовый эгоизм и площадка, где его можно продвигать!» 

С другой стороны, исторические проблемы российского парламентаризма не ушли в прошлое – культурные и политические паттерны, к сожалению, частично перейдут по наследству и к новому составу Госдумы, считает доцент философского факультета МГУ, главный редактор сайта «Русская идея» Борис Межуев.

«В России всегда побеждали только «партии вождя». Это ясно видно на примере «Союза 17 октября», которая провалилась на выборах в первую Госдуму из-за отсутствия яркого лидера. Но перед следующими выборами появился Александр Гучков – и они победили. Тогда же было огромное количество либеральных партий, но победили кадеты, и только потому, что у них был сильный вождь – Павел Милюков», – пояснил он.

То же самое происходит и сегодня, считает Межуев: партии строятся вокруг лидеров. «Никакой КПРФ без Зюганова быть не может, как и ЛДПР без Жириновского. В истории России практически не было партий, успешно действовавших без вождистского фактора», – подчеркнул Межуев.

Кроме того, в работе парламентов начала ХХ века, избранных на волне первой русской революции, избыточно отражалось классовое противоборство. Тогдашним депутатам не было свойственно желание искать компромисс, рассказала доцент исторического факультета МГУ, кандидат исторических наук Анна Хорошева. По ее словам, заседания первых дум фактически превратились в поле битвы народа и правительства.

По этой причине фракции избранной в сентябре Госдумы должны лоббировать не только узкие интересы своей группы избирателей, но и «продвигать их в диалоге с другими партиями в поисках компромисса», чтобы не повторять ошибок столетней давности.

К такому выводу пришел старший научный сотрудник, научный руководитель Центра исследований русской мысли Института гуманитарных наук БФУ имени Канта Андрей Тесля.

«Думаю, в восьмом созыве мы услышим более громкий голос так называемого буржуазного класса, новых сил и новых людей», – заявила руководитель Департамента стратегических исследований и прогнозирования ЭИСИ Екатерина Соколова, модератор дискуссии. Как считает Соколова, перед новым депутатским корпусом стоит задача создать сильный парламент.

Ранее об этом на встрече с лидерами думских партий говорил и президент Путин. Он напомнил, что роль Госдумы в соответствии с обновленной Конституцией значительно возросла. «Существенно выше стала и ответственность депутатского корпуса, в первую очередь за реализацию тех обязательств, которые вы взяли в ходе выборной кампании. И, кстати, не важно, кто в какой партии: все, что обещали, безусловно, нужно выполнять», – подчеркнул российский лидер.