Переговоры между президентами России и США продолжались более двух часов, включив в себя обмен как откровенными мнениями, так и шутками. Главных моментов два: вопрос гарантий от НАТО, которые требует Россия, и участие США в урегулировании на Украине. Все прошло скорее хорошо, чем плохо, но в первые минуты после завершения беседы лидеров казалось иначе – что плохо все или почти все.

Еще никогда в истории переговоры между президентами России и США не проходили в настолько нервной, даже истеричной информационной атмосфере. В какой-то момент стало казаться, что конфликт ужесточился, что стороны нащупали в двусторонних отношениях новое «дно», а буквально завтра начнется что-то особенно неприятное – то ли новая война санкций, то ли просто война.

Уже после того, как сеанс по никогда прежде не использовавшемуся зашифрованному каналу видеосвязи завершился, в российское медиапространство стали поступать угрожающие заявления американской стороны с пометкой «Госдеп».

США заявили о планах России напасть на Украину половиной всех своих войск. США допустили полную изоляцию России от мировой финансовой системы. США выразили уверенность в остановке «Северного потока – 2» в случае вторжении России на Украину.

Однако к переговорам двух президентов все это прямого отношения не имело. Пока Владимир Путин и Джо Байден обменивались мнениями в присутствии руководства своих внешнеполитических блоков, американский сенат допрашивал заместителя госсекретаря по политическим вопросам Викторию Нуланд по теме российско-американских отношений. Бравшие слово сенаторы говорили примерно так:

Не доверяю России. Тревожусь за Украину. Разведка сообщала о подготовке нападения. Что вы знаете об этом? Сможем ли мы предотвратить? А как мы накажем Россию? А это сработает? А если не сработает? Каков будет ущерб? А европейские партнеры нас точно поддержат, Байден с ними договорился? И так далее в том же духе.

Нуланд отбивалась как могла, и все эти грозные сообщения с пометкой «Госдеп» – цитаты из ее ответов. В какой-то момент дипломат действительно договорилась до того, что Москва готова задействовать против Украины «примерно 100 батальонных тактических групп, или практически все боеготовые наземные войска к западу от Урала». По ее же словам, экстремальные санкции, которые за этим должны последовать, ударят не только по российской экономике, но и по уровню жизни населения, чего США прежде якобы пытались избегать.

Замгоссекретаря «скалила зубы», убеждая всех, что президент контролирует ситуацию, и за этими словами многие не заметили дел – того, что переговорам лидеров предшествовал значимый примирительный шаг со стороны США. Конгрессмены исключили из проекта оборонного бюджета санкции по российскому суверенному долгу и газопроводу «Северный поток – 2», о которых ранее вроде как договорились между собой.

Обольщаться не нужно, это сделано не для нас, это сделано для Байдена и по многочисленным просьбам его администрации. Таким образом Конгресс предоставил ей свободу действий в области «санкционной войны» и отказался от самодеятельности, которая может навредить переговорам. Но с точки зрения России это в любом случае шаг в сторону от конфронтации.

Только после того, как спектакль в сенате закончился, начали поступать комментарии от непосредственных участников переговоров. Со стороны Москвы выступил помощник президента Юрий Ушаков и явно попытался разрядить обстановку.

По его оценке, разговор был «откровенным» и «деловым», при этом в нем нашлось место шуткам и взаимным комплиментам. Стороны много обсуждали ситуацию на Украине, но речи о «вторжении» туда российских войск вообще не было. Байден действительно предупредил о возможности новых ограничительных мер против Росси в случае эскалации конфликта, но сделал это в «приемлемой» форме.

Также, по свидетельству Ушакова, Байден поднял тему жертв, которые принесли Россия и США в ходе Второй мировой войны, и говорил о них «проникновенно».

Со стороны Вашингтона переговоры комментировал советник Байдена по национальной безопасности Джейк Салливан. И там, где у Нуланд были рассуждения о «ста батальонных тактических группах», у Салливана прозвучало признание – США на самом деле не считают, что Россия решила напасть на Украину, но видят передвижения российских войск у ее границы и готовы реагировать на любое развитие событий, о чем Байден и предупредил Путина.

В описании Салливана беседа двух президентов тоже имела характер откровенного обмена мнениями, при котором оба рассчитывают скорее на разрядку, чем на обострение.

При этом договориться о чем-либо конкретном им пока не удалось. За исключением того, что переговоры и консультации продолжатся – и по теме Украины, и по всем другим темам, разблокированным на саммите в Женеве – глобальная стабильность, кибербезопасность, ядерная программа Ирана, снятие дипломатических ограничений и другим.

Это, можно сказать, самый оптимистичный из реалистичных сценариев, которые предсказывали эксперты – дальнейшее снятие напряженности и развеиванье параноидальных подозрений через диалог.

Но главным в онлайн-саммите стало не это. Если о нем когда-нибудь будут писать в школьных учебниках истории, то благодаря двум другим моментам.

Во-первых, президент России озвучил президенту США условие, при котором может быть достигнута стратегическая стабильность в отношениях двух стран, что является заявленной целью администрации Байдена. Это условие – юридические гарантии нерасширения НАТО на Восток, к границам России. Владимир Путин уже упоминал о таких гипотетических гарантиях прежде, но, кажется, в подобной форме вопрос был поставлен им перед главой американского государства впервые.

Салливан подчеркнул, что Байден никаких обязательств на этот счет не дал, более того, заявил, что никто не может диктовать НАТО, кого следует принимать в альянс, а кого не следует. Но это, как мы понимаем, только начало долгого процесса консультаций.

Главное, что глава российского государства одновременно и провел «красную линию», и обозначил выход их тупика, в который зашли отношения России и Запада, грозя взаимоопасным обострением.

Второй потенциально исторический момент – заявление Салливана о том, что США готовы помочь с продвижением реализации Минских соглашений. Видимо, анонсированное продолжение консультаций по украинской проблеме также связано с этим.

Собственно, именно этого Россия от Америки и хотела. Прежде Москва возражала против подключения США к Минскому процессу. Но после того, как его непосредственные участники – Берлин и Париж – окончательно умыли руки и отказались давить на Киев, срывающий процесс урегулирования, стало понятно, что без американцев не обойтись.

Только они имеют определяющее влияние на Украину. Европейцев украинцы попросту водят за нос, а те вынуждены им подыгрывать и сваливать все на Россию, потому как не могут признать свою беспомощность.

Не факт, что у американцев тоже получится, но если не получится у них, не получится ни у кого. А мотив вмешиваться у Байдена есть: если через угрозы и посулы в адрес Киева он сможет сдвинуть миротворческий процесс с мертвой точки, то сможет также заявить, что предотвратил войну и спас тем самым Украину от вторжения «100 батальонных тактических групп», которыми американцы сейчас запугивают Европу и сами себя.

Если это обеспечит Донбассу, например, статус автономии с внесением изменений в украинскую конституцию, пусть говорит что хочет и приписывает себе любые достижения – не жалко. Для России вопрос окончательного урегулирования донбасского конфликта и сдерживание украинского реваншизма – тот вопрос, где «важнее ехать, а не шашечки».