Иллюзии Европы и США о победе над Россией на поле боя начинают рассеиваться. Усталость ЕС от украинского кризиса побуждает Брюссель сесть за стол переговоров и искать компромиссы с Москвой. О том, что ответное давление России оказалось эффективным, говорит несколько уступок, на которые вынужден был пойти Запад.

Канадские власти согласились вернуть Германии газовую турбину Siemens для газопровода «Северный поток», который проходит по дну Балтийского моря. Согласно предварительной договоренности с канадцами, Берлин передаст ее Газпрому. Благодаря такой схеме Канада не нарушит введенных против российской компании санкций.

Турбина, построенная немецкой компанией Siemens Energy Canada, ремонтировалась на заводе в Монреале. Но ее возвращение в Россию было осложнено санкциями, введенными Канадой после начала Москвой военной спецоперации на Украине. Эти санкции запрещают экспорт в Россию некоторых технологий и оборудования в сфере добычи природных ресурсов и энергетики.

Против возвращения турбины Газпрому выступают украинские власти, считая это нарушением санкционного режима. Посольство Украины в Оттаве надеется, что Канада сохранит приверженность полным санкциям против России. Но официально о решении насчет турбины будет объявлено в ближайшие дни. Канадский чиновник рассказал местной прессе, что предстоит еще много работы, но все стороны работают над «положительным решением».

В пятницу агентство Reuters со ссылкой на источник в правительстве Германии сообщило, что решение о возврате турбины уже принято. Штеффен Хебестрайт, представитель канцлера Германии Олафа Шольца, не смог подтвердить сообщения, «что доставка уже в пути». Шольц обсуждал вопрос о турбинах с канадским премьером Джастином Трюдо с глазу на глаз на встрече G7 в Германии в конце июня.

Главный спор возник из-за того, что у России, как говорят в ЕС, якобы есть лишняя турбина, которую она могла бы ввести в эксплуатацию, а санкционная турбина используется как предлог для оказания экономического давления на Европу. Без этой турбины «Северный поток» не может работать на полную мощность и загружен на 40%, в связи с чем в Германии уже возникли проблемы с накоплением запасов газа. Лето – критическое время для пополнения резервов, необходимых для обогрева домов и работы заводов зимой.

В Кремле заявили накануне, что поставки газа в Европу увеличатся, если отремонтированная турбина будет возвращена.

С 11 до 21 июля остановлены обе нитки «Северного потока» из-за ежегодного планового ремонта. Германия не скрывала тревогу, что после профилактики трубопровод не будет запущен вообще. В этом случае страна столкнется в ближайшие месяцы с перспективой нормирования энергии, что ударит по предприятиям и потребителям и втянет крупнейшую экономику Европы в рецессию.

«Положительное решение» по турбине далеко не последнее среди очевидных уступок Москве со стороны Запада. На этой неделе Норвегия разблокировала доставку грузов горнякам на арктический архипелаг Шпицберген. В поселке Баренцбург работает около полутысячи россиян – 450 горняков и сотрудников обслуживающего персонала и до 50 наших граждан, которые летом занимаются приемом туристов в законсервированном поселке Пирамида.

Проблема возникла в конце июня после решения норвежских властей отклонить заявки России на пропуск грузов через единственный на российско-норвежской границе КПП «Стурскуг». В Осло утверждали, что грузы не могли быть перевезены из-за антироссийских санкций, к которым присоединилось королевство. В качестве ответной меры в Госдуме заговорили о денонсации договора между РФ и Норвегией о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане. Вопрос быстро был решен за счет перевозки груза норвежской транспортной компанией.

Еще одним позитивным сигналом стали заверения Еврокомиссии и Литвы о скором разрешении ситуации с транзитом грузов в Калининград. Глава европейской дипломатии Жозеп Боррель заявил, что ЕС не собирается вводить блокаду Калининградской области и санкционные директивы, ограничивающие поступление товаров и грузов, будут пересмотрены.

Проблема возникла в середине июня, когда Вильнюс прекратил транзит в российский эксклав товаров, попавших под санкции Евросоюза. Это решение спровоцировало немедленную жесткую реакцию российских властей, потому что речь идет о транспортировке товаров внутри страны, только в силу географических особенностей часть маршрута пролегает по территории ЕС.

Если в ближайшее время ситуация со снабжением Калининграда не придет в норму, Россия держит наготове жесткие меры. «Рассчитываем, что в Брюсселе и Вильнюсе будет принято единственно правильное решение, которое обеспечит беспрепятственный транзит в эксклавную часть России», – сказала в пятницу официальный представитель МИД России Мария Захарова.

Гендиректор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов подчеркивает, что с момента ввода санкций за начало спецоперации ответное давление России показало свою эффективность. «Россия сохраняла позицию стратегической неопределенности, когда мы точно не говорили, чем ответим. Эта неопределенность заставляла европейцев делать самые мрачные прогнозы – вплоть до попыток вторжения России в Литву и захвата на ее территории транспортного коридора. Все это нервировало европейцев. Страхи не рассеялись даже после утверждений натовских военных о том, что ничего подобного не произойдет», – отметил Кортунов.

Встречные меры России, прежде всего на ограничения транзита в Калининград, вызывают у ЕС желание снять напряженность. Поэтому будут активизироваться попытки найти решение за столом переговоров.

«На все эти обстоятельства накладывается растущая усталость от украинского кризиса и понимание того, что говорить о победе Киева на поля боя сейчас не приходится и надо искать возможность компромиссов. Начинают рассеиваться эйфорические настроения, когда в первые несколько месяцев Европа стала жертвой своей собственной информационной войны и ей казалось, что победа в информационном пространстве также обозначает схожие предчувствия на полях сражений», – считает политолог.

В случае со Шпицбергеном возобладали соображения гуманитарного характера и опасения возникновения катастрофы по вине ЕС. «На Шпицбергене находятся люди и северный завоз жизненно необходим. Никто не хочет, чтобы Европейский союз был ответственен за такое развитие событий», – пояснил собеседник.

Профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ, эксперт клуба «Валдай» Станислав Ткаченко добавляет, что даже легкий расчет показывает, для кого санкции оказываются больнее. «Европейцы поняли, что по части турбин страдает Германия, а по части транзита грузов через Шпицберген страдает Норвегия. Просто экономически можно понять, где находится та грань, за которой санкции не имеют никакого смысла, потому что приносят больше вреда ЕС, а не России», – считает Ткаченко.

В то же время для Евросоюза в большей степени чем для США характерно желание следовать букве закона, а когда этого не происходит, то санкции начинают давать сбой. «Если принимаются решения, их надо выполнять, но произвольная интерпретация этих решений всегда вызывает возражения у ЕС, у которого есть желание все делать по закону. Это касается не только решений о конфискации российской собственности, но и турбин тоже – есть понимание того, что нужно действовать в рамках данных процедур и не выходить за них», – подчеркнул Кортунов.

Кроме того, европейцы начали понимать, что конфликт с Россией выгоден исключительно США. «Мало кто открыто говорит об этом, но последние две недели заметно желание европейцев понизить тональность в споре с Россией. На саммите министров иностранных дел G20 в Индонезии глава МИД Германии Анналена Бербок фактически жаловалась на нежелание России говорить с Европой. Когда такое было? Предыдущие четыре месяца Европа выдвигала ультиматумы, либо отказывалась говорить. Европейские государства начинают понимать, что в таких масштабах конфликт категорически невыгоден с точки зрения безопасности в ЕС», – указал Ткаченко. 

По мнению эксперта, в пользу России, которая явно не готовилась к такой форме санкционной войны, сыграли естественные преимущества – большая экономика с упрощенной структурой. «Мы играем на разных полях. Европейцы неправильно оценили российскую экономику с точки зрения структуры. Россия – сырьевая экономика, а против нас используют высокотехнологические и финансовые санкции, которые не могут нам особо навредить», – подытожил профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ.