Популярность канцлера Германии Олафа Шольца, на которого возлагали столько надежд, резко упала. Это тесно связано с украинским кризисом, политику Шольца в отношении которого не одобряет более половины страны. Немцы сейчас терпят не только большие убытки, но и регулярные унижения от украинцев. Надолго ли хватит их терпения?

Экономическая война с Россией тяжким бременем легла на правительства стран Западной Европы и заметно сказалась на популярности премьер-министров.

Рейтинг одобрения британца Джонсона составляет 32% при 62% недовольных. У австрийца Нехаммера эти же показатели – 35% и 62%, у нидерландца Рютте и испанца Санчеса – 35% и 59%, а у канцлера ФРГ Олафа Шольца – 38% и 49% (по другому опросу недовольных еще больше – 51%). 

Разумеется, есть исключения. Например, 58% шведов высоко оценивают политику своего премьера Магдалены Андерсон, а противоположного мнения придерживаются только 28%. Показатели итальянца Марио Драги тоже могут вызвать зависть у коллег – 54% «за» при 40% «против».

Исключением можно признать и президента Франции Эммануэля Макрона. Его рейтинг 38% (что, кстати, почти совпадает с результатом первого тура выборов) при 56% критиков в обществе, но в президентских многопартийных республиках при отсутствии по-настоящему сильных конкурентов этого вполне хватает для удачного переизбрания – и Макрону, судя по всему, тоже хватит, шансы Марин Ле Пен стать президентом призрачны. 

Понятно, что в каждом конкретном случае на популярность политика влияет совокупность причин, а не только спецоперация на Украине и противостояние Москве, например, в Испании это стабильно высокая безработица, а в Австрии коррупционные скандалы в правящей партии, но российско-украинский кризис явно усилил нисходящий тренд.

При этом нельзя сказать, что все из поименованных заняли резко антироссийскую позицию, желая заработать очки на общеевропейской истерии, поскольку многие лишены в этом смысле «свободы воли» и были вынуждены так поступить под нажимом США. Но тот же Джонсон – лидер по антирейтингу, рвущийся в лидеры русофобского фронта, осознанно делал это с целью поправить пошатнувшуюся из-за «вечериночного скандала» популярность. Только вот не преуспел, и связь его проблем с желанием стать «лучшим другом Украины» (после Байдена, разумеется) – доказанный факт. 

Если в марте половина британцев готовы были терпеть рост цен за бензин и отопление ради «сдерживания России», то теперь таких всего 36%. Невиданная тридцать лет инфляция в 7% и подорожание электричества более чем в полтора раза охладили пыл англосаксов. 

Теперь 57% жителей Соединенного Королевства выступают за отставку Джонсона.

Пускай и по разным причинам, Украина стала токсичной не только для него самого, но и для его возможных преемников – Лиз Трасс и Бена Уоллеса, возглавляющих МИД и Минобороны Великобритании.

Если для России это не повод позлорадствовать над старым соперником и интриганом – Туманным Альбионом, то что же тогда повод?

Немного иная ситуация в Германии, хотя стоимость ресурсов там тоже – главная проблема, причем проблема не только бытовая. Природный газ необходим знаменитой на весь мир немецкой промышленности. Аналитики обещают ей сокращение оборота более чем на 200 миллиардов евро, если Берлин поддастся на уговоры американцев, поляков, прибалтов и других сторонников введения эмбарго на российские энергоносители.

Но даже если не поддастся, в абсолютных цифрах Германия потеряет от экономической войны с Россией больше, чем любая другая страна в ЕС. До нынешней литовской инфляции в 15% (в Вильнюсе как будто по-прежнему не догадываются, что для соседей России отдача от удара по ней всегда наиболее мощная) дело вряд ли дойдет, но экономические связи РФ и ФРГ были столь обильны и многообразны, что значительный эффект от санкций впервые почувствует на себе не только немецкий бизнес (в контексте упущенной прибыли), но и немецкий обыватель.

И он почувствовал: более 55% респондентов, опрошенных Civey GmbH, недовольны работой правительства в целом, более 50% – той политикой, которая проводится Шольцем и Ко в отношении Украины.

Что именно не нравится – вопрос, кстати говоря, дискуссионный. Порядка трех четвертей опрошенных считают Россию угрозой для Германии, а более 55% выступают за то, чтобы поставлять Украине тяжелое вооружение, что очень сильно не понравилось бы Москве.

Как бы там ни было, карьеру первого со времен Шредера канцлера – социал-демократа очевидным образом топит украинский кризис, в котором немцев не устраивает многое: начиная с издержек и того, что текущая политика ни к чему (кроме издержек) пока не приводит, заканчивая тем, что защита Украины превратилась в бесконечное унижение немцев со стороны украинцев.

Это труднообъяснимая ситуация с точки зрения не только дипломатии и политики, но и общепризнанной этики. Граждане Германии горячо поддерживают Украину, несут значительные убытки и, как им представляется, нарушают собственные принципы: в ФРГ действительно не принято поставлять не то что тяжелое вооружение, а любое наступательное оружие в горячие точки.   

Но тот же Шольц намерен потратить еще два миллиарда евро на покупку новой техники, чтобы передать ее потом Киеву. Чужой, судя по всему, техники, потому что своей уже не хватает – в бундесвере заявляли, что запасы близки к исчерпанию, и если что-то будет отправляться на Украину сверх отправленного, это нанесет ущерб боеспособности германской армии.

Однако украинская сторона этого совершенно не ценит, периодически оскорбляя Германию и на уровне первого лица (об отказе Зеленского принять в Киеве федерального президента и очень уважаемого в ФРГ политика Франка-Вальтера Штайнмайера газета ВЗГЛЯД подробно писала здесь), и на уровне посла – Андрея Мельника.

Мельник даже по меркам деградантской дипломатии Украины – уникум. Именно он угрожал НАТО созданием атомной бомбы, если Киев не возьмут в альянс (в НАТО не испугались, а вот в Москве угрозу хорошо расслышали). Именно он отзывался о Германии как об «опытном объекте» – жертве эксперимента по продвижению интересов Киева. Именно он требовал от немцев разбиться в лепешку, чтобы вернуть Украине Крым в качестве платы за нацистскую оккупацию, и в то же время «с улыбкой» воспринимать украинский неонацизм «азовского» розлива. 

«Он зашел слишком далеко. То, что когда-то было смелым поступком украинского посла, теперь выродилось в ненавистнические высказывания против немецкой политики. Его заявления оказались неблагодарными и беспочвенными по отношению к немецкому населению. Кроме того, его требования привели бы к развитию экономического кризиса в нашей стране или к активному участию НАТО в войне. Оба должны быть предотвращены», – гласит петиция за высылку украинского посла, набравшая 25 тысяч подписей граждан ФРГ вскоре после создания. 

Мельник уже давно наработал на высылку в полном соответствии с Венской конвенцией о дипломатических сношениях, но его терпят, потому что Украине в современной Германии принято только сочувствовать – чем украинцы и пользуются.

Такое их поведение перед очевидным благодетелем и пренебрежение главной экономикой Европы можно списать только на фирменный непрофессионализм «креативного» окружения Зеленского и, наверное, на украинский национальный характер, богато отраженный в советских анекдотах, когда сколько ни дай – всё будет мало, но тебя же жмотом объявят etc.

Будем считать, что это очередной геополитический эксперимент. Прежде украинское руководство выясняло, насколько хватит терпения у России. Теперь, получив наконец-то ответ, испытывает на прочность терпение немцев.

К сожалению, современное мироустройство и политическая зависимость Западной Европы от США позволяют вполне уверенно утверждать: терпение у немцев закончится позже, чем рейтинг у Шольца.